03.07.2022

Бизнес | Развлечения

Меню: Информация о газете | Скачать прайс-лист | Контакты | Обратная связь | Поиск по статьям

войти нельзя выйти

 Настоящее время
Смоленский студент Михаил Буш побывал на экскурсии в эпицентре чернобыльской катастрофы. Однако попасть в зону отчуждения оказалось проще, чем выбраться из нее.

Автор: марина дегтярева Выпуск: Просмотров: 1527

​ Припяти до сих пор 26 апреля 1986 года. Об этом говорят советские плакаты, афиши и ценники в заброшенных магазинах, где селедка все еще стоит 78 копеек.
А вот увидеть все это собственными глазами можно уже за 75 долларов. В один из экскурсионных туров по зоне отчуждения и отправился Михаил Буш. «Никаких медкомиссий перед поездкой в Припять мы не проходили. Единственное условие — быть совершеннолетним и иметь при себе паспорт. Попасть в город несложно: проезжаешь два контрольно-пропускных пункта, на каждом из которых предъявляешь пропуск (его оформляет агентство). А вот на обратном пути врачи замеряют дозу полученной вами радиации. Если норма превышена, из города не выпустят. Мое путешествие закончилось благополучно. Правда, когда выходили из Припяти, отличные кроссовки NIKE AIR huarache, в которых там ходил, пришлось оставить… Домой «это» везти не решился», - вспоминает Михаил.     

осторожно! радиация!
Если ехать из Киева, то одно из первых сел, относящихся к территории Зоны, - Копани. В этом месте уровень заражения был настолько высок, что все дома и постройки засыпали землей. Теперь это не село, а сплошные холмы и холмики, на которых как кресты стоят таблички с надписью «Осторожно! Радиация!».
Перед въездом в саму Припять гид-проводник подробно инструктирует группу. Голыми руками ничего не трогать. Без респираторов по развалинам не лазить. Иначе можно надышаться пылью, которая, как и дождь, крайне радиоактивна. Не менее опасен и обыкновенный мох. По последним замерам он фонил на 2 400 микрорентген в час при норме в тридцать. «На одной из улиц валялся огромный металлический ковш. Видимо, от экскаватора, на котором разбирали завалы после аварии. Я не удержался и засунул в ковш руку. Ощущение такое, словно тебя обожгло, - морщится Михаил. - Поднес дозиметр  — 52 000 микрорентген в час».

серое безмолвие
В самом городе внешне нет ничего отталкивающего. Но это только на первый взгляд. Пока не забредешь случайно в детский садик или школу. А там: разбросанные повсюду игрушки, детские рисунки, на которых неровным почерком вывели «Мама, папа, я» и  противогазы, противогазы, противогазы...
А в припятьской средней школе №3 на учительском столе по-прежнему лежит раскрытый журнал. На пожелтевшей пыльной странице все еще легко прочесть фамилии учеников: Анисимов, Барков, Батурин... и какой-то Витя Атрохов, которому 27 марта 1986 поставили «двойку» по геометрии. Рядом на выцветшей зеленой ученической парте - дневник, с надписью «Баловался на уроке, ходил по классу».
Но, пожалуй, самое ужасное – это больница №1. Ведь именно туда привозили и пытались спасти тех, кто был в числе первых ликвидаторов аварии. «Постоянно казалось, что рядом кто-то есть. Те, кто скажет, что это паранойя, просто не были там», - мрачнеет Михаил и замолкает. - После посещения это больницы, входить в обычные дома было уже проще». Кстати, многие из них до сих пор сохранили нормальный вид. Все как в обычных городах: серые однотипные многоэтажки, среди которых желтым пятном выделяется чертово колесо. Вот только людей нет. Совсем. И на колесе обозрения, строившемся к первомайским праздникам никто так и не прокатился. А над всем этим тишина. Такая, что  «молчащий город» давит на ушные перепонки, оглушает.  
«Какие-то люди, бывшие здесь до нас, нарисовали на стенах домов тени уходящих людей, - рассказывает Михаил. - Смотришь на все это и кажется, что это действительно, город-призрак какой-то… Наверно именно таким и будет конец света. Тишина, развалины и деревья, заново отвоевывающие свою территорию».

невкусная радиация
Местные экскурсоводы — большие любители похохмить. Например, подойдут к яблоне, сорвут спелый плод и уплетают его за обе щеки на глазах у изумленной публики. На самом-то деле, в другом кармане припрятано нормальное, заранее купленное «вне зоны» яблочко. Однако фокус не всегда удается. Рассказывают, что однажды экскурсовод сам запутался в каком кармане что и надкусил чернобыльское. Понять ошибку фокуснику помог на редкость кислый вкус яблочка. Хотя это всего лишь слухи. Такие же странные, как и сам город, их породивший.
«Живой жизни» как таковой здесь нет. Разве что птица случайно залетит, да и та долго не задерживается. Хотя местные уверяют, что в окрестных лесах водятся лошади, кабаны и лоси, а в водохранилище - даже сомы в полтора-два метра. Но что-то в этом городе все-таки есть. И для каждого это «что-то» - свое, только им пережитое. 
«Побывав в таком месте, начинаешь по-другому смотреть на жизнь. Больше ценить самые простые, незначительные на первый взгляд вещи. Делать Припять зоной массового туризма, конечно, не стоит. Но те, кто там был, уже никогда не станут прежними», - уверен Михаил.

для галочки
26 апреля 1986 года на Чернобыльской Атомной Электростанции произошел взрыв четвертого энергоблока. Первыми ликвидаторами аварии были местные пожарные. Во время тушения огня, охватившего ЧАЭС, они получили дозу радиации в 1 400 рентген (смертельной считается 400 рентген в час). Все они умерли в течение 21 дня.
Среди ликвидаторов чернобыльской катастрофы было 2000 смолян, 380 из них погибли.
На данный момент памятник страшной катастрофы – город Припять - может исчезнуть с лица Земли. Украинское правительство рассматривает вопрос о разрушении города и ЧАЭС. Правда, пока осуществлению этого проекта мешает отсутствие финансирования.

 




Комментарии

Оставить комментарий

Всего комментариев: 2

Cтраницы: [1]

Врач
Давно развлекаюсь прочтением Города. Очень прикольная газета, порой становящаяся даже неким носителем каких-то новостей, полу-новостей и новостишек. Помогает убить время на работе. Но, ребят, думайте же хоть иногда, что вы пишете!!! Я уже несколько раз убеждалась в том, что авторы просто не имеют представления о предмете своих изысканий.
Нет ничего страшнее дилетантов. Тем более дилетантов, уверенных в своей правоте и компетентности. Я о «Войти нельзя выйти». Понимаю неугасающий с годами интерес к чернобыльской катастрофе (наш народ всегда славился неким изощренным душевным мазохизмом наряду с псевдогуманизмом), однако хотелось бы попенять уважаемому автору этого претенциозного текста на некоторые бредовые экзерсисы. И касается эта бредовость, как ни прискорбно (ведь в народ, в массы идет информация!) терминологии.
Заранее прошу прощения за свой менторский тон, просто работая с излучением каждый день я просто оскорбилась от столь вопиющей – опять же простите – безграмотности.
Во-первых, уж взялись писать об излучении – хоть книжку какую-нибудь откройте, ей-Богу! Разделите его, излучение это, на классы, определитесь, о чем конкретно вы собираетесь вести речь – а то чушь какая-то получается… «…дозу полученной вами радиации». Доза радиации – это вообще бред. Доза излучения – да. Эффективная эквивалентная, смею отметить. Либо поглощенная. Что, замечу, не одно и то же.
Выкинуть кроссовки после посещения зоны с табличной «Стой! Радиоактивность!» - это вообще, скажем прямо, великая сила. Поясню на пальцах. Излучение – это субстанция весьма эфемерная. Оно не имеет запаха и вкуса. Это не кусок хлеба, который Вы съели. Это не уран или палладий, который Вы нечаянно съели вместе с хлебом, а он – уран и палладий – упал к вам в желудок, лежит там и излучает, излучает... Луч (абсолютно любой, начиная от видимого света, заканчивая любым видом ионизирующего излучения), проходя через организм (проходя ЧЕРЕЗ, а не проникая и оставаясь в месте проникновения навечно! – акцентирую на этом внимание), преобразуется в нем, организме этом, в тепловую энергию. Именно эта энергия и способна вызвать в организме какой-либо эффект (плохой или хороший – в зависимости от степени гадливости той самой энергии) – скорый или отдаленный. В организме. В тканях и органах. Но не в кроссовках. Точка.
«…2400 микрорентген в час при норме в тридцать…», «…52000 микрорентген в час…». Что за бред вообще? Какие микрорентгены (кстати, совсем уж цепляясь к словам – норма не тридцать «микрорентген в час», а тринадцать)? Даже не знаю, с чего начать. Наверное, с того, что в рентгенах никто ничего не измеряет. Ни в микро, ни в макро. Ни в каких. Грей и Зиверт. Всё. Ни больше, ни меньше. Справедливости ради стоит отметить, что такая единица измерения как рентген все-таки существует. Считается внесистемной, очень неудобной, нигде и никогда не используется (если только совсем уж увлеченными физиками для определенного рода расчетов) – но существует. Причем не только в оригинальном, так сказать, виде, но и в содружестве со своим биологическим эквивалентом – бэром. И радом до кучи. Которые тоже внесистемны. И тоже сейчас не используются. Для особо пытливых умов все же поясню, что, рентген – это такое количество излучения, при воздействии которого в 1 куб. см воздуха образуется 2,08х109 пар ионов. И все. Ни больше, ни меньше. В связи с чем излучать микрорентгены в час – задача не из легких. Да и «обжечься» излучением достаточно тяжело. Думаете, дело в чувствительности и впечатлительности? Нет, дело в паранойе и навязанных обществом фобиях.
Итак. 1 Грей – это 1 Джоуль энергии на килограмм веса. Ранее считалось, что 1 Грей равен 100 радам и получается в результате воздействия генерированного излучения в 100 рентген. Но это ранее, ибо бэр, рад и рентген – повторюсь – единицы внесистемные и сейчас не используются. Им на смену пришел Зиверт. Это такая доза, которую Вы получаете, если на вас рухнул 1 Грей ионизирующего излучения (при этом 1 Зиверт составляет примерно 0,85 от этого самого Грея, так как 0,15 поглощают ткани и органы). Смертельной для человека является доза 6 Грей, полученная одномоментно. От 1 Грея 50% облученных заболеют лучевой болезнью с самопроизвольным излечением. Но это так, для справки, ибо такую дозу в обычной жизни редко где можно схватить. Поэтому обычно используются гораздо более мелкие единицы – миллиЗиверты и микроЗиверты. И это дозы не маленькие, а очень маленькие – 5 микроЗивертов мы получаем после нескольких часов просмотра телевизора или просиживания перед монитором компьютера. И ведь не паримся! Понятие «малых доз» начинается после 100 000 микроЗивертов, поскольку первые минимальные подвижки в организме, и негативные реакции на излучение, которые могут быть сразу же выявлены в условиях лаборатории, начинаются при дозе в 100 милиЗивертов (научил меня мой педагог-гуру рентгенологии).
Вот, собственно, и все. Статья, наверное, хорошая. Наверное, даже не лишена определенной доли сентиментальности и скрытого подтекста. Наверное. Но, как мне кажется, в дальнейшем автору следует хотя бы чуть-чуть задумываться над употребляемой терминологий. Хотя бы ради самоуважения, не говоря уже об уважении к читателям.

08.11.2008 17:51

ШАС
Спасибо за статью, очень, очень интересная, я прям зачиталась. Да, заброшенный город, я смотрела кино про Чернобыль, фильм называется «Аврора», может та мне так все показали, но все равно, все это очень страшно!
06.11.2008 19:56

Оставить комментарий

 
 
 
 
 

 





Яндекс.Метрика