Горшок: «Я не верю в бога и ненавижу сказки»

Просмотров: 5029

Автор: Ксения Матвеева
Выпуск:

О любви, ненависти и своем анархическом анахронизме рассказал корреспонденту «МК в Смоленске» лидер легендарной группы «Король и Шут».

По признанию самого создателя и бессменного идейного центра питерских старейшин панк-рока, Смоленск для «Короля и Шута» всегда был одним из самых родных городов. Со своим «Праздником крови» вкупе со старыми хитами «великий и ужасный» Горшок и его команда посетили Смоленск на минувших выходных благодаря дню рождения местной музыкальной радиостанции.

Надо сказать, что вниманием прессы лидер «Короля и Шута» был весьма обделен: кроме «МК в Смоленске» и собственно виновника торжества в лице музыкального радио допросить Михаила Горшенева - Горшка никто то ли не решился... И, возможно, зря: высоченный, почти двухметровый, седовласый тезка Лермонтова — тоже Михаил Юрьевич — оказался приветлив и приятен в общении. Правда, попросил пропустить вопрос о творчестве своего бывшего соратника Андрея Князева. Скромно одетый кареглазый Михаил, которого вне сцены как-то странно было называть Горшком, посвятил корреспонденту «МК в Смоленске» свой перекур. Правда, оказавшуюся в руках сигарету так и не зажег за время беседы.

Анархический анахронизм
- Я хотел бы родиться в Средневековье. Или, может быть, в ту эпоху, которая связана с переселением в Америку. Создание нового народа — вот это мне интересно. Еще до революции, когда Америка была всего лишь английской колонией... эти времена мне нравятся, да. Как и мрачная эстетика, они притягивают меня своей неопределенностью. Если говорить о России... Когда пришло православие, все стало как-то... предрешено. Вот в чем дело. А до этого времени история - более захватывающая и более страшная. Поэтому и мои герои в реальности не существуют. Это изначально фэнтезийные персонажи, они заставляют пофантазировать и представить хотя бы того самого колдуна. Я уже говорил, что, как ни печально, я — атеист. Я не верю в Бога. Я не люблю сказки. Причем очень не люблю. Если люблю, то исключительно скандинавские сказки, мифологию. Возможно, это плохо, но я считаю, что и Библия — сказка на самом деле. Однако, скажем так, эти сказки мне интересны. Главное, чтобы история, сказка рассказывали о древнем мире. Вообще, сказка — это разноплановая тема. Вот есть русские народные сказки — я их просто терпеть не могу. Сказки про Иванушку-дурачка и все такое, про Курочку Рябу — ведь люди склонны это называть сказкой. Другое дело сказка «Властелин колец» Толкиена. Есть разница. Сказки Пушкина? Конечно, он хорошо их сложил — в плане текстовом. Но все-таки любые восточнославянские сюжеты — это не мое. Другое дело, если в них есть мертвецы и ведьмы. Впрочем, их никогда не считали сказками в полной мере. Даже в сборнике Афанасьева такие сюжеты в отдельном разделе — они относятся к дохристианской эпохе Руси. Хотя на основе подобных сказаний Николай Гоголь написал повесть «Вий».

«Нам надо постараться не убить людей звуком»
- Планы по поводу записи тяжелого, хардкорного альбома — это правда. Я уже не дождусь, когда мы это будем делать. Начнем, как только разберемся с театром. (На осень запланирован выход мюзикла «Суинни Тодд», главную роль в котором исполнит именно Михаил Горшенев. — Прим.авт.) Сейчас идет подготовка, причем в дикой спешке. Надеюсь, что к осени будет презентация. Не альбомов, конечно, альбомов мы много написали. Музыка уже вот здесь, на самом деле... (Смеется, прикладывая руку к горлу.) Мы очень много занимались музыкой, и хочется теперь поиграть театрально. Я долго к этому шел... Все-таки рок-сцена предполагает общение с публикой, а театр — со своим партнером. Все происходит, когда ты на сцене, и иногда ты даже не замечаешь публику. Все происходит по-другому, и для меня это что-то новое.

«Дебильная картинка: сидишь и разговариваешь с неодушевленным предметом»
- Хана дискам, хана звукозаписывающим компаниям. Все уйдет, останется только он один — Интернет. Конечно, будет какая-то защита — на Западе уже давно такую придумали. Торговать будут альбомами через Интернет. Правда, я пока себе это слабо представляю. На Западе давно пробита эта дорожка, а у нас только-только начинается. Лично я никогда не буду пользоваться всякими «фигсбуками» - никогда! На страницы группы иногда захожу, просто потому что приходится. А вообще... я плохо отношусь к социальным сетям и к самому Интернету. Я по телефону-то разговаривать не люблю, потому что не вижу того, с кем разговариваю, не вижу эмоций собеседника. Вот была такая тема как раз перед концертом в «Лужниках»... как это называется-то? Прямое включение? В общем, тебя никто не видит, ты никого не видишь, а просто сидишь и разговариваешь с компьютером. А там вопросов сто, и их постоянно пишут; нужно выбирать, которые тебе больше нравятся, и отвечать на них. Кроме того, что там полно всякой фигни, так еще и сама картинка дебильная. Как представишь: сидишь и разговариваешь с неодушевленным предметом...

«Россия стала Иисусом Христом для Запада»
- Запад уже в той стадии, где великая революция потерпела не то что большой крах, она вернулась к своему дебильному Средневековью. То есть вернулось все, против чего боролись. Что скажешь? Капиталистические страны... Как ни странно, они почти социалистические. Для них, может, Россия послужила определенным примером — вроде Иисуса Христа. Если взять любое европейское общество, оно реально уже стоит на пороге социализма. Это парадокс, потому что ведь это страны капиталистические. Люди на Западе друг другу доверяют — вот в чем дело. Что же касается России — положение очень печальное. Столько людей в свое время полегло, и все зря. Мы снова стали дикими. Возвратились к Средневековью. Мы всегда смотрели на Запад — вспомните Петра Первого... Я могу сказать, против кого я был бы всегда и в любом случае: для меня главное, чтобы к власти не пришли большевики или нацисты. Все остальное — как вода... я же анархист. Вот если бы появилась в России нормальная неокоммунистическая партия — этого бы я хотел. Потому что современная компартия — это ходячий мавзолей, я вообще не понимаю, зачем и кому она нужна... Музыкант может участвовать в политике, в общественной жизни, если он этого хочет. Это тоже форма выражения творческого человека. Хочет человек - пусть участвует, но я бы никогда не стал.